Рыцарь и дракон. Хроники - Антон Колмаков

– Зовём герцога на царство, – ответил мельник, испустив плотное облако пивного аромата.

– Зачем ему это? – удивился рыцарь.

– Не знаю, – пожал плечами мельник, – Но нам нужно, чтобы нас другие цари не захватили.

– Да, – вступил в разговор учитель истории, – Лучший способ защититься от чужого царя – это иметь своего собственного.

4 Июля 1655

– Не мешай, – попросил Дракон, – Так или иначе, люди всего лишь выбирают власть, причем опосредовано.

– В смысле, опосредовано? – студент Сорбонны волком посмотрел на Дракона.

– Ну вот смотри, – терпеливо объяснял ящер, – Эти люди якобы голосуют за свободу слова, а в действительности, за власть купцов, – он повернул лапой голову студента к другому флагу, – Эти люди голосуют за герцога, а в действительности за городскую службу безопасности. Третьи ноги цыганам целуют, но их настолько мало, что всем плевать.

– А эти? Те, что за смелого рыцаря?

– Эти оттягивают голоса протестного электората, – поморщился ящер, – Впрочем, я его предупреждал, что так получится.

– А за кого ты? – напоследок спросил ошарашенный студент.

– Да я во всех вложился – так спокойнее, – пожал плечами Дракон.

9 Июля 1655

– Как заслуженный негр, почетный феминист и главный педераст Свободного города, объявляю декаду толерантности, можете начинать целовать мне ботинки! – репетировал речь герцог.

– Не пересоли, – посоветовал Дракон, – У нас патриархальное средневековье.

– Да они все меня так называют, – возразил градоначальник.

– Они в другом смысле, – прошипел ящер.

– Ок, про феминиста вычеркнем, – согласился городской глава.

19 Июля 1655

– Над чем работаешь? – спросил рыцарь, увидев непривычно задумчивого Дракона.

– Над ценностями для толпы, – ящер наморщил брови, – Она никак не может без общих ценностей, а старые уже приелись.

– А зачем толпе ценности? – уточнил гость.

– Чтобы каждый чувствовал себя личностью, которая в едином коллективе борется за правильное дело, – пояснил Дракон и попытался вернуться к своему занятию.

– А какие они должны быть, эти ценности? – не унимался рыцарь.

– Да любыми! – вскипел ящер, – Хоть главенство арийской расы, хоть права негров, хоть победа всемирной революции, хоть однополые браки! Главное, чтобы были! А у нас нет…

27 Июля 1655

– Когда-то давно, – Дракон мечтательно потянулся, – Когда мир был молод, стояла ещё темная башня, по землям бегали полурослики, единороги и прочие сказочные персонажи, я всегда знал: что, когда и с кем можно делать и говорить.

– А сейчас мутно, – кивнул в знак согласия рыцарь.

– Не то слово, – Дракон разлил мартини по натертым сахаром бокалам, – С тех пор, как башня пала, такую хрень приходится творить, чтоб за своего сойти.

– Я уже адаптировался, – рыцарь вытащил откуда-то странную склянку и добавил ее содержимое в бокал, – Мирные протесты не трогаю, даже если жгут ратушу.

– Я тоже адаптировался, – кивнул Дракон, – Жду, пока этих высококультурных людей привычно завоюют варвары. Горе побежденным…

6 Августа 1655

– Столько рыцарей съехалось в город после эпидемии, – радостно делилась с подругой Марта, – Как бы только понять, кто из них настоящий наследник древнего рода и участник великих сражений, а кто только вид делает.

– Так по снаряге, – усмехнулась Изольда, – В смысле по доспехам, мечу и кинжалу.

– Так они все с дорогими доспехами – с рисунками и драгоценными камнями, на это можно и занять, – печально вздохнула подруга, – Так и не поймешь…

– А ты смотри не на доспех, а на то, как рыцарь к нему относится, – объясняла принцесса, – Если для него этот доспех естественен, если он не жалеет его в поединке и не трясется над ним на отдыхе, это воин. А если все время бережет доспехи, боится зазубрить меч и только ходит и красуется – это не рыцарь, а инфорыцарь какой-то, возможно, кредитник… А то, может и в аренду взял.

13 Августа 1655

– Твоя беда, Ланс, в том, что ты анархист, – терпеливо объяснял рыцарь.

Ланселот задумался, пытаясь понять степень справедливости суждения коллеги.

– Так-то я рыцарь, служу короне, Богу и чту честь прекрасной Изольды, – возразил он, спустя некоторое время.

– Ну вот, например, ты хочешь убить нашего Дракона, – рыцарь демонстративно положил меч на траву, снял шлем и присел на поваленное ветром старое дерево. – Зачем?

– Он поработил город, – возмутился странствующий гость, но тоже положил меч на траву, – Он же тиран.

– Любая власть – есть форма насилия, а отсутствие власти – это анархия, – возразил рыцарь.

– Но власть должна быть поддержана большинством, – возмутился Ланселот, – Иначе это тирания.

– И вот тут я хочу уточнить, каким большинством? – с прищуром поглядел рыцарь, – Ты не хуже меня образован и знаешь, что большинство инертно – оно одинаково боится государственного насилия и перемен. Так большинством кого должна быть поддержана власть в городе?

Ланселот задумался, это за годы борьбы давалось нелегко, потому пришлось откупорить флягу и сделать пару десятков глотков.

– Большинством активных горожан, – наконец ответил он.

– Так активные – это за редким исключением те недовольные, кто вынужден быть активными, – парировал рыцарь, – Это либо голодранцы, которые хотят грабить, либо студенты, которые хотят любых перемен и не хотят учиться истории… Либо самая циничная группа людей, которая хочет улучшить свое состояние и положение во время смуты. Есть, конечно, и другие, но их традиционно пятая часть от всех недовольных. Ты точно хочешь, чтобы эти люди определяли, кто будет управлять государством?

– Я просто хочу убить Дракона, – наконец сознался Ланселот.

– Ну что же, придется рассказать тебе правду, – вздохнул рыцарь, – Дракон Свободного города – это легенда для туристов, он почил с миром 40 лет назад в окружении близких и друзей. Тогда же мы решили сохранить его память, как будто он вечно живёт с нами.

– С кем тогда мне биться? – возмутился Ланселот.

– Да хоть со мной, – пожал плечами рыцарь, – Последние странники славно бились, считая, что я – одна из голов ящера. Но у тебя шансов побольше.

– Не будет этого, – покачал головой странствующий Ланселот, собрал оружие и доспехи, сел на коня, и медленно развернул его к болотам, – Счастья тебе и твоему городу! – промолвил он напоследок.

…

– Что, он совсем дурачок? – ухмыльнулся Дракон, увидев появившегося на пороге рыцаря.

– Да нет, шансы есть, старается задумываться, безголово за меч не хватается – ответил гость.

– Удачи ему и лёгкой дороги, – заочно пожелал ящер.

8 Сентября 1655

– А ещё на наш рынок идёт Ян, но мы этого не боимся, потому что он большой, неповоротливый и не умеет оперативно реагировать на вызовы рынка.

– Ой, дебилы, – всплеснул руками Дракон, – Денег не дам, и не просите!

– Но почему? – возопил Глорнехрегхт, – Мы же всё учли!

– Потому что Ян, конечно, большой и неповоротливый, – усмехнулся ящер, – Но это не его проблема.

13 Сентября 1655

– А как ты празднуешь день рождения? – Рыцарь стряхнул капли дождя, подошел к камину и сел в кресло, вытягивая руки к огню.

– Первые сто лет за меня праздновали родные, – Дракон отставил стакан и начал забивать трубку, – а я старался не попасть под лапы, крылья и пламя, когда соседи и родственнички веселились за столом. Следующие сто лет мы с друзьями кутили, воровали у герцога эль и принцесс, устраивали фейерверки, дрались с рыцарями и жгли деревни…

Дракон дыхнул синеватым пламенем и поджег трубку, – На третьей сотне стали обязательные посиделки с женами, детьми и тосты коллег и друзей про «чтобы хвост не обвис и казна не пустовала», «чтобы ты умер через тыщу лет», «ни копья, ни царского жезла», а сейчас меня вполне устраивает тихий вечер у камина с бокалом коньяка и трубкой пахучего табаку с вишневым привкусом… Кстати, угощайся…

– Упс, ну это.. я не знал,.. без подарка, – Рыцарь смущенно гремя латами начал подниматься. – знач это, того, ты не болей и с днем…

– Сядь, пожалуйста, – Дракон улыбнулся, – не порти отличный вечер и коньяк…